Предстраховой осмотр перед КАСКО, удалённый убыток, оценка машины при выкупе или trade-in, счёт партнёрского СТО, заключение эксперта — решения о деньгах принимаются по снимкам, к которым нет никаких требований. Цена вопроса измерима: за девять месяцев 2025 года мошенники нанесли страховщикам 3,2 млрд ₽ ущерба (ВСС), и быстрее всего растёт КАСКО.
TrustVisor подписывает фото и видео аппаратным ключом в момент съёмки. Клиент снимает машину по одноразовому коду, агент и эксперт — по постоянному ключу, а страховщик проверяет любой файл за минуту, не полагаясь ни на чьё слово.
Наш сервис помогает разным отраслям бороться с разными видами подделок. Вот из чего он состоит:
Урегулирование убытка — это цепочка, в которой решение о деньгах принимает одна сторона, а факты для этого решения собирает другая. Почти каждый участник видит только часть картины и вынужден полагаться на слово соседнего звена. Масштаб конвейера: только по ОСАГО за 2025 год урегулировано 1,98 млн убытков на 232,5 млрд ₽ выплат (РСА) — и почти каждый начинается с фотографий.
Попал в ДТП, снимает повреждения телефоном и подаёт заявление. Именно от качества и достоверности его снимков зависит, получит он 400 000 ₽ или 100 000 ₽ — при этом никаких инструментов подтвердить подлинность своих фотографий у него нет. Добросовестный водитель здесь в том же положении, что и недобросовестный.
Экспертизу оплачивает одна из сторон спора — вторая всегда может заказать свою, и заключения нередко расходятся. Подписанные кадры дают обеим сторонам один исходный материал: спорить остаётся об оценке, а не о том, что было на фотографии.
Клиент фотографирует собственный убыток, поэтому подозревать приходится каждого — и добросовестное большинство платит за это временем проверок и выездами. Подпись переворачивает логику: файл честного клиента проходит проверку сам, а внимание достаётся оставшимся.
Платит и несёт весь риск ошибки, но при дистанционном урегулировании не видит ни автомобиля, ни места происшествия. Решение принимается по присланным файлам, происхождение которых нечем проверить, кроме метаданных.
Выезжает на место и фиксирует обстоятельства. Его работу оплачивает страховщик или страхователь — и в обоих случаях он оказывается стороной, у которой есть свой интерес. Подробнее об этом ниже.
Проводит независимую техническую экспертизу. Кто вправе её проводить, определяет ст. 12.1 закона № 40-ФЗ — а вот каким инструментом эксперт документирует повреждения, закон не диктует вовсе. Его заключение весит ровно столько, сколько весит доверие к нему лично.
Ремонтирует по направлению страховщика и одновременно выставляет ему счёт. Объём работ определяет тот, кто на этом объёме зарабатывает.
Подключаются последними и уже к тому, что собрано другими. По данным ВСС, доля заявлений с признаками мошенничества, по которым возбуждают дела, снизилась с 31% за 2024 год до 21% за девять месяцев 2025-го. Рассчитывать, что спорную выплату разберут за вас, приходится всё меньше.
Сегодня. КАСКО выдают по снимкам агента или клиента — отличить свежий кадр от прошлогоднего нечем, повреждения «до» всплывают после.
С подписью. Машина снята здесь и сейчас: место, время и целостность в подписи. Старые фото отсеиваются проверкой, а не интуицией андеррайтера.
Сегодня. Аварию фиксируют ГИБДД, «Помощник ОСАГО» и ГЛОНАСС — государственные каналы, и они работают.
С подписью. Честно: ничего не меняется — это не наша зона. Наша работа — осмотры до аварии и всё, что происходит после неё.
Сегодня. Клиент присылает снимки сам — уже около 30% убытков КАСКО урегулируются дистанционно, а требований к достоверности файлов нет.
С подписью. Файл честного клиента проходит проверку сам — время осмотрщиков достаётся действительно сомнительным случаям.
Сегодня. Счёт СТО и заключение эксперта держатся на их же фотографиях; второе заключение нередко спорит с первым.
С подписью. У обеих сторон один исходный материал — спорить остаётся об оценке, а не о том, что было на кадре.
Сегодня. Экспертиза постфактум инсценировку почти не ловит — сцена уже построена, а дела возбуждают всё реже: 31% → 21%.
С подписью. Время и место в подписи отсеивают инсценировку в момент подачи, а не через год в суде.
Узкое место — успеть проверить достоверность присланных снимков: на конвейере из 1,98 млн убытков в год вручную это не масштабируется. Подпись проверяется за секунды — в любом объёме.
Первым это закрепило государство: по европротоколу размер возмещения прямо зависит от наличия фотофиксации — ст. 11.1 закона об ОСАГО, лимит при разногласиях удвоен с 5 июля 2025 года (Банк России). Снимок буквально определяет сумму.
Требования правительства к фотофиксации по европротоколу сводятся к анализу EXIF — модель камеры, время, геолокация. Это ровно те данные, которые правятся в любом фоторедакторе за минуту.
Страховщики публично раскрыли схему: мошенники обрабатывают фото автомобиля через ИИ — дорисовывают повреждения или убирают их. Есть и вариант с двойной выплатой: сперва подают ИИ-отретушированное «отремонтированное» фото, покупают новый полис — затем подают старые снимки с повреждениями заново и получают выплату второй раз за одно и то же.
Самая доходная схема года по версии страховщика: подержанная иномарка с повреждениями, косметический ремонт — и полис КАСКО со страховой суммой в 1,5–2,5 раза выше реальной стоимости. Дальше автомобиль разбивают в тотал и требуют выплату по заявленной, а не по настоящей цене. Одна компания за 2025 год предотвратила 2 230 таких попыток — в полтора раза больше, чем годом раньше, — отказала в выплатах на 786 млн ₽ и довела дело до 122 уголовных дел («Т-Страхование» · РИА Новости).
Показательная деталь из того же отчёта: когда страхователю предъявляют собранные доказательства, в 50–60% случаев он отзывает заявку сам, не доводя до суда. Неоспоримое доказательство работает до разбирательства, а не в нём — ровно на этом стоит и наш механизм.
Трое инсценировали ДТП, похитили 800 000 ₽ — приговор: принудительные работы.
Экс-инспекторы ГАИ осуждены за инсценировку ДТП ради страховки — один получил 7 лет 3 месяца.
25 человек осуждены по делу о страховом мошенничестве, ущерб страховщикам — свыше 11 млн ₽.
Град — причина двух третей обращений по КАСКО после непогоды три года подряд: 60% в 2023-м, 67% в 2024-м, 64% в 2025-м (Росгосстрах). Для выплаты нужна справка гидрометслужбы о том, что явление было, — и один такой документ становится основанием сразу для тысяч не связанных между собой заявлений. О состоянии конкретного автомобиля до шторма он не говорит ничего: старые вмятины в теории предъявляются под официально подтверждённую дату нового града.
Эксперт умеет отличать свежие следы от старых — но это разбор постфактум, когда сумма уже оспаривается. Подписанный снимок кузова «до» — при продлении полиса или перед сезоном гроз — превращает дорогую экспертную реконструкцию в сопоставление двух кадров с доказуемыми датами.
Проверка заявления сегодня — это не пустое место, а несколько наложенных друг на друга механизмов. Проблема в том, что все они опираются на одно и то же допущение: присланный файл — настоящий.
Идея простая: не проверять файл потом, а лишить смысла саму попытку его подменить. Подпись ставится там же и тогда же, где и когда получен кадр.
Съёмка — обычным Android-смартфоном, приложение работает как привычная камера. Отдельного оборудования не нужно.
Подпись в момент съёмки — аппаратным ключом в защищённом чипе устройства. Ключ не покидает чип и недоступен даже при полном доступе к телефону, поэтому подписать задним числом уже готовый файл нечем.
Манифест — к файлу прикладываются время, место, модель устройства и данные датчика движения. Это не EXIF: манифест накрыт той же подписью, что и сам кадр, поэтому править его по отдельности бессмысленно.
Проверка любой стороной — получатель открывает файл в верификаторе и видит вердикт. Проверка идёт целиком в браузере и не требует доверять нашему серверу.
Результат — вердикт: ПОДЛИННО, ИЗМЕНЁН или НЕ АТТЕСТОВАНО — и подробности: что именно совпало, а что нет. Спор перестаёт быть обменом утверждениями.
На странице «Как это работает» — интерактивные модели всего сервиса: телефон, верификатор и панель, которые можно пощёлкать по-настоящему. И наглядный фокус: меняем один байт в подписанном видео — и проверка ловит подделку у вас на глазах.
Цена вопроса там измерена давно: мошенничество обходится страховой отрасли США в $308,6 млрд в год (Coalition Against Insurance Fraud), а около 10% имущественных убытков содержат элемент обмана (NICB / Triple-I).
Проверяет медиа в реальном времени — 50+ проверок на ИИ-генерацию, скриншоты, аномалии метаданных, криптографически запечатывает файл до попадания в дело. Уже встроен в Xactware (продукт Verisk — крупного игрока страхового ПО).
Один мошенник использовал одно устройство 400+ раз — кольцо из 8 групп, 2000+ поддельных заявок, предотвращённый ущерб свыше $1 млн.
C2PA-метки подтверждают, где и как снято фото — цепочка доверия, устойчивая к подделке. На практике комбинируется с «сертифицированным судебным захватом»: устройство, геолокация, время, хеш целостности, квалифицированная печать по регламенту eIDAS.
Ожидается, что C2PA станет основным механизмом соответствия EU AI Act к 2027 году.
Это не гипотеза — это открыто признанная в отрасли проблема, у которой уже есть регуляторная история.
Часть страховых держит комиссаров в штате, часть привлекает по договору. В отраслевых источниках прямо признаётся: «есть добросовестные и профессиональные, а есть недобросовестные, находящиеся под влиянием страховых компаний» — доверие к стороннему комиссару не решено индустрией, а просто названо проблемой.
Страховая направляет на ремонт к партнёру именно «для контроля качества» — но споры о завышенном объёме и стоимости работ настолько распространены, что у клиента есть отдельное законное право заказать независимую экспертизу при подозрении. Верховный суд отдельно обязал страховщика согласовывать направление на СТО с потребителем — это признанная регуляторная головная боль, не мелочь.
От предстрахового осмотра до выкупа и сервиса — каждый сценарий начинается с ключа или кода и заканчивается файлом, который вы проверяете сами.
Предстраховой осмотр перед КАСКО или удалённый убыток. Вы выпускаете одноразовый код, клиент ставит приложение и снимает машину — каждый кадр подписан в момент съёмки, с местом и временем. Старые фото «до повреждений» и правленые файлы отсеивает проверка, а не интуиция андеррайтера. До 100 кодов — 5 000 ₽ в месяц: 50 ₽ на осмотр.
Продавец получает код и снимает машину по вашему чек-листу: кузов, VIN, салон, одометр. Оценка до выезда менеджера делается по кадрам, которым можно верить, — снимки из чужих объявлений и прошлогодние фото проверку не проходят. Код — 50 ₽; пустой выезд менеджера дороже на порядки.
Постоянный ключ на устройстве — и каждый снимок в заключении несёт подпись, время и место. Ст. 12.1 закона № 40-ФЗ определяет, кто вправе проводить экспертизу, но не каким инструментом: заключение на подписанных кадрах тяжелее оспорить, а самого эксперта — обвинить в сговоре. Ключ — 600 ₽ в месяц, от десяти человек — 400 ₽.
Приёмка машины в ремонт и выдача — две подписанные точки. Спор о «царапине после сервиса» решается кадрами, а согласование скрытых повреждений со страховщиком идёт по файлам, которые тот проверит сам — без повторного осмотра. Проверка бесплатна: верификатор работает прямо в браузере.
Считается в одну строку — и проверяется по ссылкам на этой же странице.
Одноразовые коды считаются ещё проще: 50 ₽ на осмотр — против часов ручной проверки каждой пачки присланных снимков и против выезда, который дистанционное урегулирование как раз должно было убрать.
Средний убыток в мошенничестве с КАСКО — 3,2 млн ₽ (РСА, ссылка выше). Ключ — 600 ₽ на человека в месяц, от десяти человек — 400 ₽.
Нотариус осматривает и протоколирует факт — суд принимает протокол как доказательство, даже если сам оригинал потом испорчен, украден, изменён или сфальсифицирован. Это уже существующий, признанный судом механизм ровно того же самого, что делает TrustVisor — только вручную.
Обеспечение доказательств у нотариуса стоит от 8 250 ₽ плюс 200 ₽ за каждую страницу приложения, и на осмотр нужно записаться заранее — то есть решить, что доказательство понадобится, ещё до того, как оно понадобилось. Один код TrustVisor стоит около 50 ₽ и не требует ни записи, ни присутствия третьего лица: подпись ставится в тот момент, когда человек и так уже снимает.
Постоянный ключ — эксперту-технику, аварийному комиссару или штатному сотруднику на регулярную съёмку. Тариф Pro, работает офлайн, без обязательств по каждой отдельной заявке.
Одноразовый код на заявку — тариф Business, если снимает клиент или независимая сторона: настраиваются лимит фото/видео, обязательность геолокации, обязательность быть на связи всё время съёмки.
Статус заявки в панели — выпущен → активирован → снято → обработано, без необходимости лично проверять каждую присланную запись вручную.
API для интеграции — выпуск кодов, проверка статуса и вердикт по файлу можно вызывать прямо из своей CRM или приложения, не меняя привычный процесс.
Это не прогноз, а три уже принятых решения — регулятором, рынком страхового ПО и европейским законодателем.
Отдельных правил для фото- и видеодоказательств в российском праве нет — суд оценивает их в совокупности с остальными материалами. Манифест TrustVisor фиксирует время, место и устройство съёмки и подтверждает, что файл после неё не менялся: это не гарантия победы, но заметно более сильная позиция, чем снимок без происхождения.
Ближайший признанный аналог — нотариальный протокол осмотра: суд принимает его, даже если оригинал потом утрачен. Стоит он от 8 250 ₽ за случай; подписанная съёмка делает то же в момент кадра и стоит около 50 ₽.
У вас и у клиента. Сами файлы мы не храним и не получаем: подпись ставится на устройстве, а проверка идёт в браузере — файл не загружается на наш сервер. На нашей стороне остаются только данные об использовании ключей и кодов; они хранятся на сервере в России, как требует 152-ФЗ.
Два формата. Штатным осмотрщикам, аварийным комиссарам и экспертам — постоянные ключи: 600 ₽ на человека в месяц, от десяти — 400 ₽. Сотрудник один раз вводит ключ и дальше просто снимает.
Клиентам и продавцам машин — одноразовые коды на заявку: панель на 100 кодов — 5 000 ₽ в месяц. Выпустили код, человек установил приложение, снял — файл пришёл вам любым каналом. Выпуск кодов и проверка доступны и по API, прямо из вашей CRM.
Приложение работает на Android 10 и новее — это 95%+ действующего парка Android. Для клиентов с iPhone используйте сценарий агента: осмотр проводит ваш сотрудник или партнёр со своим Android-устройством и постоянным ключом. Честно скажем: покрыть съёмкой самого клиента весь поток это пока не позволяет.
Ставит же «Помощник ОСАГО» ради выплаты — мотивация тут та же: без осмотра нет полиса или возмещения. Код приходит ссылкой, установка из Google Play и съёмка занимают минуты, а приложение ведёт по шагам, как привычная камера.
Для тех, кто не хочет или не может — включая владельцев iPhone, — остаётся сценарий агента: осмотр проводит ваш сотрудник или партнёр со своим устройством.
Ваше приложение подтверждает, что файл загружен к вам на сервер. Спор с клиентом, перестраховщиком или судом это не закрывает: им всем предлагается верить вашему серверу.
Подпись в момент съёмки проверяется без доверия к кому-либо — в том числе к нам. Съёмка идёт по коду в нашем приложении, а проверка встраивается в ваши системы по API: результат тот же поток файлов, только каждый из них теперь доказательство, а не просто изображение.
Задним числом — честно, ничем: подпись ставится в момент съёмки и прошлое подтвердить не может. Поэтому запись «до» имеет смысл делать процессом, а не разовым жестом: код клиенту при продлении полиса или перед сезоном гроз в регионе — съёмка кузова занимает пять минут.
Тот же приём закрывает повторное предъявление старых повреждений: если при каждом урегулировании фиксируется состояние «после ремонта», у следующей заявки появляется проверяемая точка отсчёта.
Оформить ДТП без ГИБДД можно только при совпадении всех условий сразу. Если хоть одно не выполнено, вызов инспектора обязателен по закону — на эту часть процесса мы не претендуем и альтернативой ей себя не предлагаем.
Мы не просим менять процессы, выделять бюджет или внедрять что-то «по всей компании». Выберите одну точку, где доверие ещё не наработано: новые агенты, один партнёрский осмотрщик или дистанционные убытки одного региона. Две недели они снимают как обычно — просто через наше приложение.
Через две недели у вас цифры: сколько съёмок, сколько прошло проверку — и как выглядит спорный случай, когда у вас есть подпись.
Опишем, где именно в вашей цепочке (комиссары, СТО, эксперты) это встанет лучше всего.
Лимиты выплат и условия европротокола — ст. 11.1 закона об ОСАГО и материалы Банка России (cbr.ru). Требования к фотофиксации, включая запрет на изменение данных EXIF, — постановление Правительства РФ. Данные о мошенничестве — Всероссийский союз страховщиков (конференция «Барьер-2025», итоги 2024 и 9 месяцев 2025) и Банк России, «Мониторинг региональных рисков недобросовестных действий в ОСАГО». Независимая техническая экспертиза — ст. 12.1 закона № 40-ФЗ. Тарифы нотариального обеспечения доказательств — публикуемые прайсы нотариусов, 2026. Международная практика — Truepic, C2PA. Мошенничество с КАСКО за 2025 год — данные РСА («Известия»). Объёмы урегулирования — РСА (autoins.ru); дистанционное урегулирование — Банк России, «Росгосстрах», «Деловой Петербург»; мировой масштаб — Coalition Against Insurance Fraud и Triple-I. Часть отраслевых оценок — самозаявленные данные заинтересованных сторон, не независимый аудит. Схема завышения страховой суммы и статистика предотвращённых случаев одной компании — «Т-Страхование» · РИА Новости (январь 2026). Доля града в обращениях по стихии — Росгосстрах (июль 2025). Актуально на август 2026 года.